Хвойка
Soon I'm gonna be a Jedi. (с)
C доброфеста по заявке:
2Т-37. Деймон Спейд | Алауди | Джотто. "Хочешь, я создам для тебя иллюзию лучшего Хранителя?"


Деймону немногим больше двадцати лет, когда он впервые замечает.
Это происходит на застолье в честь свадьбы дочери одного из многочисленных знакомых Джотто. Они сидят за столом в душной, небогато обставленной комнате. Кругом гвалт и разноголосье, все наперебой поздравляют жениха, отпускают сомнительные комплименты невесте, льют вино в бокалы и на скатерть, чокаются, смеются своим же шуткам.
Деймон без интереса катает по тарелке зеленый горошек и старается вспомнить, что же он здесь делает. Ему душно, скучно и хочется прибить Джотто. Поэтому когда хозяин дома пытается – более чем неуклюже – намекнуть на желание собравшихся посмотреть на чудные фокусы почетного гостя, глаза Спейда замерзают окончательно. Но Елена – терпеливая, нежная Елена – мягко притрагивается к его локтю, и Деймон вздыхает.
Из его раскрытых ладоней вылетают бабочки. Сразу несколько сотен – синих, голубых, лазурных. Сначала они вьются вокруг него, а потом ручейками разбегаются в стороны и начинают порхать по комнате, вызывая восхищенные ахи.
Раскрасневшаяся невеста что-то шепчет на ухо Елене, обе они заворожено глядят по сторонам, Лампо, кажется, вот-вот свалится со своего стула, пытаясь поймать хоть одну, но Асари аккуратно возвращает его на место. Деймон снисходительно усмехается и невольно ищет взглядом Джотто: реакции Примо всегда забавляли его своей непосредственностью.
Джотто сидит рядом с отцом невесты, подперев голову ладонью, вокруг него летают сразу несколько хрупких синевато-прозрачных созданий, но он не смотрит на них. Джотто смотрит на Деймона. И Деймон замирает.
Примо отворачивается, как только он ловит его взгляд, но поздно.
Синие бабочки растворяются в воздухе, и Спейд возвращается на свое место под аплодисменты и восторженные возгласы. Елена протягивает ему бокал и говорит, как чудесно все было, как его фокус понравился Франческе. Деймон не помнит, кто такая Франческа, но кивает, растягивает губы в улыбке и принимает вино из ее рук. Потом он находит глазами Джотто и с усмешкой салютует ему бокалом.

Его мир не меняется внезапно. Просто теперь Деймон видит мелочи: то, как Примо избегает прикасаться к нему, как улыбается ему – сдержанно и чуть виновато, как смотрит и как не смотрит. Деймону это нравится.
- Что-то не так? – недоуменно спрашивает Елена. Кажется, он уже целую минуту разглядывает ножку стола.
- Все прекрасно.
Деймон притягивает ее к себе за талию и чувствует, как внутри разливается мрачное удовлетворение. Все прекрасно.

Иногда он дразнит Джотто. Не сильно, совсем чуть-чуть. Намеренно скользит пальцами по ладони, передавая документы, приобнимает, заглядывает в книгу через его плечо. Джотто не краснеет, не отпихивает его, только каждый раз на долю мгновения застывает, как испуганный олень перед дулом ружья. Но Деймону мало, и он продолжает.

Первым его манипуляции, разумеется, замечает Джи. Он догоняет его в пустом коридоре и толкает к стене так сильно, что Деймон ударяется затылком.
- Не знаю, зачем тебе понадобилось это делать, но перестань. – Джи шипит, как рассерженная кошка.
Деймон отлипает от стены и независимым жестом одергивает рукава.
- Понятия не имею, о чем ты.
- Хватит. Все ты понимаешь.
Деймон приподнимает бровь, все видом демонстрируя полнейшее равнодушие к ситуации. У Джи на виске пульсирует венка, но он закрывает глаза, явно пытаясь взять себя в руки.
- Послушай, - с трудом начинает он. – Никто не просит тебя отвечать на его… чувства, это твое личное дело. Просто прекрати эти свои заигрывания! Ему ведь и так… – Джи замолкает и безнадежно взмахивает рукой.
- Ему ведь и так что? – безразлично интересуется Спейд, отстраненно отмечая, что и впрямь хочет услышать ответ. Но Джи коротко мотает головой и отворачивается.
- Ты меня слышал, – бросает он напоследок, уходя.
Спейд провожает взглядом его удаляющуюся спину и немного неуверенно пожимает плечами.

Деймон возвращается с очередного задания уже за полночь. Но в кабинете Джотто, что неудивительно, все еще горит свет. Спейд пару секунд стоит перед дверью, покачиваясь на каблуках, а потом усмехается сам себе и берется за ручку.
- Деймон! – Джотто, нагнувшийся за упавшим листком, резко выпрямляется, прижимая документ к груди. – Я не ждал тебя раньше завтрашнего дня.
- Ну что я могу сказать? С моими талантами и не справиться с такой ерундой…
Джотто смеется, и Спейд слегка улыбается в ответ. Смех Джотто приятен на слух, Спейд не может это не признать.
- Ладно, ладно, достаточно о ваших подвигах, господин Иллюзионист. Лучше расскажи, как там семья Моретти.
- Все как всегда. Плачущие женщины, плачущие младенцы, – Деймон брезгливо морщится. – Ничего увлекательного, Примо, поверь мне. И на что они тебе только сдались?
- Вонгола нужна им.
- Но они не нужны Вонголе.
Джотто качает головой, но ничего не говорит. Деймон устало вздыхает.
- Ладно, забудем о женщинах и детях, есть темы и позанимательнее. – Деймон расслабленно откидывается на спинку дивана и вытягивает свои длинные ноги. – Что с поиском Хранителя для кольца Облака?
- Ничего, к сожалению. Желающих много, но сам понимаешь, – Джотто разводит руками, – нам нужен человек сильный, независимый, а все заявленные кандидаты…
- …просто слабаки, – безапелляционно заканчивает Спейд. Джотто не спорит.
- А хочешь, – Спейд вдруг подается вперед, и Джотто видимо напрягается, – хочешь, я создам для тебя иллюзию лучшего Хранителя?
- И что я с ней буду делать? – растерянно спрашивает Примо.
- Не знаю. А что бы ты хотел?
Зрачки Джотто медленно расширяются, и Деймон ловит себя на странных, непривычных мыслях.
- Не шути так, – тихо просит Примо.
- Даже не думал. Будет тебе союзник, помощник, скрасит твое одиночество. – Деймон белозубо усмехается и тянется убрать со лба Примо упавшую прядь, но тот перехватывает его руку.
- Не надо.
- Примо…
- Не надо, Деймон. Ничего не надо. Доброй ночи.
Джотто уходит, а Спейд остается сидеть, растирая запястье.

- Ты издеваешься надо мной, – вяло констатирует Джотто.
- Вовсе нет! – Деймон старательно принимает оскорбленный вид. – Я просто пытаюсь помочь другу. Считай это подарком.
Успешно игнорируя скептический взгляд Джотто, Деймон подходит ближе к своему творению.
- Все как ты хотел: волевой, сильный, немного неразговорчивый, правда, но тут уж, не обессудь, я ничего поделать не могу. Даже мои способности не беспредельны.
- И что я стану делать, когда твой подарок, – Джотто делает неопределенный жест, – исчезнет?
- Он не исчезнет, – терпеливо объясняет Спейд. – Эта иллюзия накрепко привязана ко мне: моим эмоциям, моей воле. Пока я того не захочу обратного, он будет продолжать существовать.
- Вот как.
Джотто с сомнением приближается к новоявленному Хранителю. Светловолосый мужчина с холодными глазами смотрит прямо на него. Джотто недоверчиво протягивает руку, касается твердых мышц. Под его ладонью мерно стучит иллюзорное сердце.
- У него есть имя?

- Алауди. Алауди, – повторяет Деймон, пробуя звучание слова на языке. – Что за странное имя.
- Мне нравится, – мягко улыбается Джотто.
- Ну еще бы, – Спейд презрительно хмыкает, украдкой разглядывая собеседника: в последнее время Примо стал выглядеть лучше. Исчезли круги под глазами, походка стала энергичнее. Видимо, подарок оказался небесполезным.
- Сваливаешь на нового Хранителя всю бумажную работу, а, Примо?
- Ну что ты. Нет, конечно, хотя Алауди действительно помогает мне.
Джотто мечтательно щурится на солнце, и Деймон впервые не знает, что сказать в ответ.

Что-то идет не так, но Деймон не понимает, что именно. Воля его создания – это его воля. Это он, Спейд, вложил в него сознание, соткал из призрачных материй клетка за клеткой его тело. Алауди – что за глупое имя дал иллюзии Примо! – принадлежит Спейду так же безраздельно и безоговорочно, как принадлежат ему его собственные руки и ноги. В этом не может быть ошибки.
Но глядя, как оба они – Алауди и Примо – тесно соприкасаясь плечами, склоняются над каким-то договором, Спейд вовсе не чувствует себя уверенным.

- Они так хорошо подходят друг другу, – умиротворенно вздыхает Елена, не сводя глаз с парочки за соседним столом. – Джотто всегда такой светлый, приветливый, люди к нему тянутся, и Алауди рядом с ним становится чуть менее нелюдимым.
Деймон пренебрежительно фыркает, не отрываясь от своего кофе.
- Я так рада за них, – добавляет Елена, прижимаясь к его боку. Деймон машинально проводит по ее волосам.
Судя по ледяному тону, Алауди в очередной раз отчитывает Джотто за безответственное отношение к собственной жизни. В ответных улыбках Джотто нет ни капли вины – только безмятежность.
Деймон осторожно опускает чашку, боясь, что тонкий фарфор треснет в его пальцах.

Спейду снятся сны. Иногда ему снится, что никакого Алауди никогда не существовало. И это он, Спейд, который никогда не создавал иллюзию светловолосого мужчины с холодными глазами, склоняется вместе с Примо над документами, неловко сталкиваясь с ним плечами.
В такие ночи Деймон подолгу стоит под прохладным душем, усилием воли прогоняя опостылевшие мысли. Иногда ему даже удается.
Иногда ему снится, что он смотрит в зеркало и видит там Алауди, а в глазах Алауди – себя. После этих снов душ не помогает. Но Деймон пробует все равно.

- Не понимаю, как можно так привязаться к иллюзии, – лениво тянет Деймон. – Ты меня удивляешь, Примо, в самом деле.
Джотто неопределенно поводит плечами, явно больше интересуясь письмом, лежащим перед ним, нежели своим незваным гостем. Спейд, конечно, не позволяет себе хмуриться, но подобное невнимание оказывается неожиданно неприятным. Он требовательно стучит ногтем по столешнице.
- Я не знаю, что ты хочешь от меня услышать, Деймон.
Спейд закидывает ногу на ногу и вызывающе блестит зубами.
- Ты же понимаешь, твой преданный Хранитель – моя иллюзия, только мне надоест, – Спейд щелкает пальцами, – и он испарится, как дым.
Джотто очень внимательно глядит в ответ.
- Хочешь забрать свой подарок?
Спейд сухо смеется.
- Нет, зачем мне это? Всего лишь демонстрирую тебе всю эфемерность предмета твоей привязанности. Его жизнь полностью зависит от моего желания, сам же знаешь.
Джотто секунду медлит, а потом задумчиво кивает и возвращается к письму.
- Значит, залог его жизни получше, чем у многих, – небрежно роняет он.
Спейд почти испуганно замирает и медленно поднимает взгляд. Джотто смотрит спокойно и устало.
- Порой очень сложно перестать желать, Деймон.

В самом конце, когда все сказано и все сделано, Спейд уходит. Алауди остается.
Деймон шагает прочь от пожарища навстречу улыбающемуся Секондо и уже привычно старается не думать о том, что это может означать.

@темы: фики, Reborn!